Глобализация и перестрахование. Юргенс И.Ю.

Уважаемые дамы и господа!

Мне приятно, что меня пригласили выступить, потому что я не один год проработал в страховании, и во Всероссийском Союзе страховщиков, меня связывают и с Союзом, и с перестраховщиками множество воспоминаний, но и большое количество самых теплых человеческих отношений. Большое спасибо вам за приглашение на юбилейную перестраховочную конференцию.

Я выскажу ряд суждений по проблеме глобализации и конкурентоспособности российского перестрахования, но конечно, мои оценки будут несколько отстраненными, теоретическими, потому что я не работаю сейчас в отрасли непосредственно.

Мой доклад посвящен тому, что мы сегодня должны быть объективно готовы - российские перестраховочные компании - к вхождению в глобальный рынок и полномасштабной конкуренции с иностранными перестраховщиками, а также тому, что ждет российский перестраховочный рынок в ближайшие годы.

Теме глобальной конкурентоспособности отечественного бизнеса РСПП и ТПП уделяют очень большое внимание. Когда мы говорим о необходимости и неизбежности вхождения нашей страны в европейские структуры и Всемирную Торговую Организацию, мы рассчитываем, что движение капиталов, товаров и услуг будет принципиально двунаправленным – как извне к отечественным потребителям, так и изнутри от российских производителей и поставщиков.

Однако к этому надо готовиться заблаговременно, не теряя времени. И если зарубежные поставщики уже сегодня готовы предлагать в России весьма конкурентоспособные товары и услуги (в том числе – в финансовой сфере), то нашим компаниям предстоит долгий и непростой путь достижения глобальной конкурентоспособности.

Исторические предпосылки таковы: на перестраховочном рынке нашей страны складывалась уникальная ситуация, которая аналогов ни в одной стране с переходной экономикой не имеет. Ни страны Восточной и Центральной Европы, ни Китай или Индия не могут похвастаться наличием сформировавшегося внутреннего перестраховочного рынка, на котором национальные перестраховочные компании конкурируют за потребителя как друг с другом, так и с транснациональными перестраховочными гигантами и иностранными брокерами. Почему в Чехии, Словакии, Венгрии нет ни одного национального перестраховщика, почему в Польше, Китае и Индии национальное перестрахование представлено единственной компанией, а в России их более десятка? Российским перестраховщикам выпал уникальный исторический шанс, которого не было у их европейских или азиатских коллег и которым они умело воспользовались. В частности, я хотел бы сказать, что большую роль в этом деле сыграл Комитет по перестрахованию ВСС и лично Григорий Насонович Фидельман. Поэтому не будем этого недооценивать.

Наиболее существеннее аспекты, которые влияли на развитие ситуации в перестраховании в течении всего предыдущего десятилетия и в начале 21 века:
Первое – это мощная и глубокая демонополизация страхового рынка в целом и отдельных его сегментов, в частности. Рынок был и остается слабо концентрированным. Даже такие его сегменты как морское, авиационное и космическое страхование заняты сейчас не одной или двумя, а десятком успешных страховых компаний. Число реальных игроков на рынке классического страхования всегда исчислялось сотнями. Общее число страховщиков, как вы помните, в середине 90-х превосходило 2 тысячи. Для большинства же стран, проходивших через денационализацию и приватизацию страхования, характерной была ситуация монополии или крайне высокой концентрации. Одна крупная страховая государственная корпорация, в ходе приватизации учреждала перестраховщика, который занимался вопросами перестраховочной защиты для национального рынка, а затем становился транснациональным перестраховочным оператором (так было в Польше и Индии). Для других национальных перестраховщиков места на рынке уже не находилось.

В России это детерминировалось очень низкой капитализацией страховых компаний. Она не позволяла им оставлять себе крупные риски, отсюда острейшая нужда в перестраховании. Впрочем, надо отметить, что и собственное удержание перестраховщиков было не слишком велико. Но они, как правило, могли без особых проблем «ретранслировать» риск в ретроцессию и отечественным, и зарубежным перестраховщикам.

Вторым фактором являлось наличие большого числа относительно крупных рисков. Нам исторически досталась индустрия космических запусков, наличие крупного авиационного и морского флотов, крупные индустриальные объекты, особенно в сырьевом секторе – все это требовало страховой защиты и перестрахования. Не говоря уже о том, что народнохозяйственный комплекс СССР, который достался России, был сформирован крупными, монопольными, градообразующими предприятиями, размеры которых вам хорошо известны, и которые тоже требовали страховой и перестраховочной защиты.

Третьим фактором была защита от проникновения в прямой страховой бизнес зарубежного капитала. Тут большую роль сыграл ВСС. Доля чисто иностранных компаний на нашем рынке до сих пор весьма незначительна. Их проникновение долго ограничивалось законодательно, однако их масштабный выход на наш рынок тормозился не по этим причинам – вы их хорошо знаете, я их не буду перечислять. А где сейчас перестраховывают все свои риски страховщики Венгрии или Литвы вам, я полагаю, объяснять нет необходимости.

Четвертым фактором являлись географические реалии. Много крупных рисков сосредоточено в России вокруг портов и относительно небольшого числа крупных городов, а также в добывающих регионах. Это создает ситуацию рассредоточенного платежеспособного спроса на качественную перестраховочную защиту. Сам же перестраховочный бизнес в нашей стране – в условиях практически полной его непрозрачности – является бизнесом в высшей степени субъектно-ориентированным, строящимся на доверительных отношениях и репутации. Устанавливать же доверительные отношения, зачастую основанные на методе проб и ошибок, на всей громадной территории 1/7 части суши из одного-единственного центра очень и очень затруднительно. Анализ истории создания российских перестраховщиков показывает, что они создавались не только по месту нахождения рисков, но и при непосредственном участии в их капитале страховых организаций рынка прямого страхования, как правило - региональных. Судьба региональных перестраховщиков складывалась по-разному: многих из них уже нет в реестре ФССН, другие ведут трудную борьбу за выживание. Однако Находка Ре, Транссиб Ре, Азиятранс Ре, Восточная Ре, Профиль Ре не только вполне успешно ведут бизнес в своих и прилегающих регионах, но и активно осваивают рынки Москвы и Санкт-Петербурга.

Следующим фактором успеха следует считать маркетинговые реалии. Объяснить иностранному перестраховщику, например, что в аквизиционные расходы включено 40% интереса директора завода - почти невозможно. Это просто даже не переводится на английский язык.

Относительно невысокий средний уровень профессиональной подготовки специалистов страховых компаний, особенно – региональных, тоже сыграл свою роль. В страхование пришли специалисты из самых разных сфер. Они, бывало, страховали так и такое, что просто не укладывалось в голове у потенциальных зарубежных партнеров. К тому же, наши страховщики зачастую не могли представить грамотное описание риска на английском языке - уточню, что я говорю об усредненной картине того, что было 10-12 лет тому назад, это не сегодняшняя картина. Но именно из-за этого наш перестраховщик был более силен, чем брокер или западный перестраховщик на отечественных просторах. Наши перестраховщики были готовы работать на индивидуальной основе с любыми компаниями и любыми рисками.

Следующий фактор – это процедурные пороги. Передать риск за рубеж было и остается вовсе не так просто, и сейчас, а получить выплату – иногда труднее. Очень часто время одной перестраховочной транзакции с зарубежным партнером заметно превышало возможные для страховщика лимиты. Это обеспечивало заметные преимущества отечественным перестраховщикам.

И наконец, такой фактор, уникальный для нас, как увлечение взаимностью. Господство идеи ресипросити первые пять-семь лет буквально спасало национальное перестрахование. Проистекая из довольно примитивного подхода к перестраховочным отношениям и переноса на специализированного перестраховщика методов работы, допустимых при перестраховании рисков у прямых страховщиков – коллег и конкурентов - тем не менее, эта идея сыграла выдающуюся роль на начальном этапе становления рынка перестрахования в нашей стране. Простая идея «ты мне – я тебе», вполне работающая на уровне обмена рисками между двумя отечественными страховщиками, совершенно не работала в отношениях с западными грандами перестрахования. Я вот хотел бы господина Мюллера спросит, так это или нет – думаю, что он подтвердит… Отдавать в Россию свои риски западные перестраховщики считали совершенно невозможным в то время, хотя бы из-за высоких страновых рисков. А вот российские перестраховщики хоть некоторое подобие взаимности – на начальном этапе своей работы – страховщикам обеспечивали.

Все это привело к созданию и развитию в России собственного, пусть и небольшого с точки зрения глобальных показателей, перестраховочного рынка. В отличие от прямых страховщиков, российские перестраховщики работали в условиях глобальной конкуренции с самого начала: перестрахователь-цедент имел возможность сравнивать предложения тех и других, и отечественный оператор (который сам оглядывался на предстоящую ретроцессию за рубеж) вынужден был, что называется, подтягиваться – под западный уровень технологии, под общеупотребительные правила ведения перестраховочного бизнеса, под «общую культуру производства», если хотите. Нельзя не отметить и такой фактор, как наличие на российском рынке иностранных брокеров, число которых постоянно увеличивалось.

Какова современная ситуация? На начало 2006 года лицензии на перестрахование имели 40 компаний с совокупным капиталом около 9 млрд. рублей. Рост капиталов отечественных перестраховщиков обгоняет рост капитализации отрасли в целом. За два прошлых года 10 крупнейших перестраховщиков увеличили свои капиталы почти в три раза, а вся отрасль – только вдвое. Средний размер уставного капитала страховой компании в России – около 133 млн. рублей, а перестраховочной – около 216 млн. рублей.

Эту же тенденцию относительно большей капитализации показывает распределение числа компаний по размеру уставного капитала.
К характерным позитивным тенденциям настоящего времени следует отнести, в первую очередь, устойчивую практику передачи российским перестраховщикам рисков из СНГ и Восточной Европы. На мой взгляд, конкурентоспособность в перестраховании проявляется достаточно наглядно: если страна является только донором рисков (а значит, и перестраховочной премии) – ее перестраховщики не конкурентоспособны на глобальном уровне. Если же рынок имеет и входящий перестраховочный поток – значит, услуги и емкости национальных операторов представляют интерес для иностранных перестрахователей. Сегодня мы видим, что наш рынок привлекателен для определенной группы компаний-цедентов.

Объем входящего перестрахования из-за рубежа в России достигает в год примерно $100 млн. долларов. Страны, риски которых наиболее активно перестраховываются в России – это Украина, Казахстан и другие страны постсоветского пространства. Александр Павлович говорил о проблемах, которые с этим связаны. Тем не менее, это входящие рынки. В частности, по данным Госфинуслуг Украины, в прошедшем 2005 году Россия занимала первое место среди стран, компании которых перестраховывали ее риски. Привлекательность отечественного рынка при этом обеспечивается такими факторами, как языковая и социокультурная близость, хорошее понимание экономических реалий, относительно невысокие тарифы.

Общий подъем нашей экономики, вызванный ростом цен на энергоресурсы, приводит к росту страхового и перестраховочного рынка. Это ведет к росту страховых и перестраховочных премий в абсолютном исчислении, но доля страхования в ВВП остается низкой и не дотягивает даже до 3%, с общей тенденцией скорее к снижению, а не к росту. Напомню, что в крупных западных странах это приблизительно 10 %.

А теперь есть у нас и плохие новости. Прогноз развития отношений с рынками СНГ – осторожно пессимистический. Хотя требование о наличии у иностранных перестраховщиков высоких рейтинговых оценок финансовые власти Украины и Казахстана приняли скорее «в принципе» и регулярно переносят дату его полноформатной реализации, все большие объемы рисков перераспределяются или внутри этих стран, или передаются западным перестраховщикам.

Самые большие неприятности угрожают отечественным перестраховщикам на местном рынке. Вот наиболее тревожные тенденции, которые отчасти связаны и с ростом открытости этого сегмента рынка для иностранных инвестиций:

Слияния и поглощения. Крупные российские страховщики выделяют сейчас десятки и сотни миллионов долларов на покупку адекватного регионального бизнеса. В конце 2005 года по рынку прокатилась целая волна таких сделок, причем показательна масштабная экспансия московского бизнеса в Санкт-Петербург (обратная политической тенденции) - несколько известных брендов поменяли владельцев буквально в течение месяца. Будут ли перестраховщики так же стабильно получать риски от этих компаний после смены собственников? Думаю, что не факт. Мы к этому очень скоро вернемся.

1. Выход на рынок иностранных игроков. Интервенция зарубежного капитала на страховой рынок продолжается и активизируется, причем портфельные инвесторы замещаются стратегическими. Независимо от того, в какой форме иностранный страховой капитал приходит на отечественный рынок прямого страхования или перестрахования, он неизбежно разворачивает потоки премий и рисков в сторону метрополий – в связи с уже указанными причинами, в том числе страновым риском и рейтингами.
2. Уход с рынка большинства мелких страховщиков. Будучи не в силах повышать свою капитализацию до нормативных лимитов или выходить из схемного бизнеса, компании десятками лишаются лицензий. Одни из них просто покидают рынок, другие перепрофилируются в брокеров, третьи поглощаются более успешными игроками. В любом случае и объем, и доля таких компаний в бизнесе отечественных перестраховщиков сокращается и будет быстро сокращаться в течение 2006-7 годов.
3. «Новые перестраховщики». После введения запрета на совмещение перестрахования со страхованием жизни – но до решения о переносе этого акта на июль 2007 год, многие крупные страховые компании успели создать собственные перестраховочные компании с немалыми уставными капиталами. Я сомневаюсь, что акционеры этих новых перестраховочных компаний (тем более, что мы знаем, кто является их акционером, у кого перекапитализация) будут спокойно наблюдать за простаиванием таких ресурсов. Деньги должны работать. И если раньше риски крупных страховщиков попадали на открытый рынок (в том числе, и на основе взаимности), то теперь все они, скорее всего, будут перераспределяться через собственных перестраховщиков. Более того, вполне ожидаем рост активности таких компаний и на открытом рынке – емкости у них вполне конкурентоспособные, а штаты состоят из высококлассных специалистов.
4. Рост кэптивной составляющей в перестраховании. Наибольший рост экономики нашей страны происходит за счет сырьевых отраслей, мы это знаем. А в них сейчас, как правило, имеет место типичная монополия или олигополия с той или иной степенью влияния государства. Высокая концентрация бизнеса в добывающих отраслях благотворно сказывается на развитии кэптивов, а они не очень заинтересованы в передаче рисков на российский рынок, у них, как правило, имеются собственные, хорошо работающие каналы зарубежной ретроцессии.
5. Медленный рост странового рейтинга. Низкий рейтинг России по шкале всех крупных зарубежных рейтинговых агентств ограничивает масштабы передаваемого в страну бизнеса. Отсутствие видимого прогресса в реформировании важнейших отраслей экономики и сферы социального обеспечения нивелирует позитивное воздействие растущих золотовалютных резервов и стабилизационного фонда, прочих макроэкономических показателей. Мы все еще живем в стране с высокими рисками в экономике и политике, очень зависим от спроса на наше сырье. И надо сказать, что основные консалтинговые, рейтинговые фирмы, аналитики, хотя и предполагают совершенно спокойно 2-х летний период планирования всех наших страновых рисков и говорят, что за 2 года можно будет спокойно поработать на нашем фондовом рынке, который за январь, как вы знаете, вырос на 20 % - беспрецедентная совершенно вещь, в связи с выходом акций Газпрома на фондовый рынок, тем не менее за горизонтом 2 года рейтинговые агентства говорят об определенных страновых рисках, которые могут возрастать, в том числе, и по политическим мотивам.

Итак, российское перестрахование остается рынком с чрезвычайно низкой концентрацией: в России сегодня существует четыре десятка компаний, имеющих лицензию на перестрахование, это составляет около 4 % (3,7 %) от общего числа зарегистрированных страховых организаций (которых на 1 января 2006 г. остается все-таки много - 1075). Перестраховочные емкости распылены между большим количеством операторов, ни один из них не имеет капиталов, сопоставимых с первоклассными западными компаниями. Бизнес перестраховщиков все еще недостаточно прозрачен – ни один из них не ведет свой бухгалтерский учет и отчетность по международным стандартам, международные рейтинговые оценки имеют единицы. Это сильно затрудняет задачу привлечения и иностранных, и отечественных инвестиций, а значит, ускоренное расширение бизнеса.

Ситуация на рынке прямого страхования коротко описывается как «шагреневая кожа» - рынок сужается и будет продолжать сужаться. Поэтому каков здесь прогноз развития? Вероятно, все тенденции, которые отчетливо проявились в прошлом году, продолжат свое развитие в 2006-2007 гг. Число страховщиков и перестраховщиков будет сокращаться, вероятно, что вслед за слияниями и поглощениями на рынке прямого страхования нас ждут подобные же сделки на перестраховочном рынке. Доля отечественных страховщиков на перестраховочных рынках Украины и Казахстана продолжит снижаться, хотя объемы бизнеса могут даже вырасти, особенно если Казахстан будет давать такие же темпы роста, а Украина устаканится после выборов.

Интерес зарубежного страхового капитала к отечественному страхованию будет расти. Причем если в страховании жизни зарубежные страховщики будут, скорее всего, работать через вновь создаваемые 100%-ые дочки или филиалы (это, во многом будет зависить от заключительной стадии переговоров с Соединенными Штатами по вступлению в ВТО: по-моему, страховщиков - сдают, а за банки – стоят, а от этого будет зависеть: «дочки» или филиалы), то в рисковом страховании вероятнее покупка российских активов.

На сегодняшний день доля исходящего перестрахования, передаваемого за рубеж, составляет, по разным оценкам, 30-40 %, то есть более $1 млрд. В интересах российского рынка сократить размер исходящего международного перестрахования (как Александр Павлович говорил, в том числе, и не совсем классического) и перенаправить поток перестраховочной премии на внутренний российский рынок, одновременно увеличив масштаб входящего потока из ближнего и дальнего зарубежья.

Хотел бы сказать о том, что в принципе тенденции, которые наблюдаются на рынке, не являются чем-то уникальным. Они абсолютно, если смотреть на другие сегменты финансового рынка, могут быть синергированы.

Я хотел бы призвать ВСС, Ассоциацию Российских банков, НАУФОР и другие общественные организации и саморегулируемые объединения на финансовом рынке, которые следят каждый за своим сегментом, координировать свои усилия, в том числе, законодательные, в каком-то одном месте – в любой из имеющихся национальных площадок. Эти усилия следует выстраивать на более-менее одинаковом, вернее, односкоростном развитии – как в области надзора, так и планирования этих рынков. Иногда получается так, что, скажем, лоббизм банков, как это проявилось при вступлении в ВТО, позволяет достигать им одних критериев по открытости рынка, фондовикам – других, страховщикам - третьих и т.д. Еще один фактор, за которым надо внимательно следить всем, в том числе, перестраховщикам, - это возможное создание мегарегулятора, который бы объединял все виды регулирования (кроме пруденциального надзора за банками, который, конечно же, останется за ЦБ). Особенно важно это сейчас, когда в соответствии с принимаемой правительством финансовой стратегией страны, обсуждение этой идеи вступает в решающую стадию. Более того, как когда-то выступал ВСС, сейчас есть идея сделать такой мегарегулятор, как в Англии, акционерным обществом, и платить ему в зависимости от того, как растет рынок. То есть в области надзора происходит много интересных изменений. И, к сожалению, мы в этом процессе принимаем участие опосредованно.

Поэтому я хотел бы сказать, что ваш съезд проходит в очень интересное время, что тенденции – крайне интересные и говорящие о том, что если у кого-то в странах с переходной экономикой есть возможность выжить и создать собственный живой рынок перестрахования – это Россия, что надо много работать, а также дружить так, как вы это показали своим 10-летним общим сотрудничеством, кооперацией. Поэтому я присоединяюсь к поздравлениям с юбилейным съездом, хочу отметить, что и Российский Союз промышленников и предпринимателей, и Торгово-промышленная палата – в вашем распоряжении, мы желаем вам всяческих успехов и реального благосостояния. Спасибо!